У меня возникла иллюзия того, что мужчина слева - без головы, а голова лежит на кушетке.

Первое ощущение, что есть две постели, и посетитель ТОЖЕ лежит на постели, стоящей по-соседству. И на снимке два белых пятна, на которых живут головы и руки. Сплетение рук усиливает этот драматический эффект.

Ощущение встречного движения или вращения. Даже захотелось сказать - танца.

Я бы умирающему сделала лицо побледнее, не то оно как то с его белой рукой. А ощущения, если долго смотреть, такое, что мужчина который пришел, залез из под белой занавеси к нему.

Еще одно впечатление (не знаю - можно ли считать его необычным). Умирающий склонился над своим посетителем и утешает его, или сообщает ему что-то важное.

Второе ощущение - гость тонет в черной бездне и пытается удержаться за умирающего. Очень беспокойна и активна эта черная диагональ.

Не знаю, но мне показалось, что мужчина слева, пришедший к умирающему, - это ангел. Такому восприятию способствует то, что вся его фигура находится как бы выше плоскости постели (ну, может быть только за исключением рук). И белая ткань слева усиливает впечатление, образуя "его крылья".

Удивительные снимки мы имеем счастье видеть на этом сайте. На этой картинке неоднозначно воспринимается пространство. Похожие ощущения можно испытать рассматривая Куб Неккера . Логически мужчина слева стоит, а мужчина справа лежит. Но зрительно все наоборот, мужчина слева лежит, а тот что справа стоит склонившись. Иногда кажется что они оба лежат, а потом оба стоят. Спорят трехмерное восприятие и плоскостное. Наш мозг непрерывно пробует разные варианты и оттого возникает чувство неоднозначности. Позволю себе предположить что это придает снимку другой смысл. Я не чувствую абсолютной скорби, не плачу, глядя на эту поистине печальную и трогательную сцену. Если смотреть логически то смысл трагический, а если обобщенно, то не все так плохо, и можно увидеть ангела благославляющего склонившего голову человека в путь. P.S. Даже если я опять(как всегда) ошибся я не очень то расстроюсь, потому что получил просто ураган эмоций от рассматривания этой потрясающей фотографии.

Подумал еще, походил со снимком в голове. Не покидает ощущение беспокойного настроения фотографии. Что снимал Автор? Две фигуры, которые он поместил в центр - на них в первую очередь и обращает внимание взгляд. Темное на белом. Потом взгляд пошел дальше - обращаешь внимание что одна фигура спокойна, а фигура слева - тревожна, ей некомфортно - то ли она возникает из активной нисходящей черной диагонали, как из бездны, то ли лежит на белом. Получается, что у каждого - своя кровать, только фигура посетителя пытается удержаться за фигуру больного - круг из рук. Интересная фотография! Спасибо вам за экзамен для глаз и мозга. Можно вопрос? Не весы ли это, где диагональ - центр композиции?

Мне показалось, что руками, плечами образована спираль, она (и еще рука сверху на голове больного) оправляет, отталкивает больного за пределы кадра, как лодку отталкивают от берега. (извините за метафоры)

Возможно я схожу с ума. Но сняв очки посмотрел на обобщенное изображение и увидел лицо (смерти?) головы людей - глаза, часть кровати - нос. Вероятно я не туда смотрю, ну хоть ангелов не вижу.

Мне в этой фотографии непонятно, как фотограф завис на потолке? Как будто мы видим глазами души, которая вылетела из этого больного или умершего человека. Неестественна поза больного человека, а посетитель как будто влетел в окно и хочет удержать левой рукой. Как бы не отпуская больного, пытается его удержать...

Ну раз об этом речь зашла, скажу, что мне с первого взгляда привиделся профиль злобной птицы крупным планом, то ли коршун, то ли попугай. Но чтобы не ранить и без того израненую нашей глупостью душу учителя, отмахнулся от нелепой ассоциации. Хоть она до сих пор смотрит на меня со стены одним глазом. Посчитал "ангелов" более безобидным привиденьем. У Брессона есть фото, тряпки какие-то висят, а присмотреться если — животные разные бесседуют. Или улица просто, а присмотреться — профиль человеческий с белыми волосами и открытым ртом, я это фото для себя назвал "испуганная блондинка". Неужели обсуждаемый снимок из этой истории? А я голову ломаю над пусть жалким, но подобием детального анализа композиции.

По моему, чтобы увидеть это гипотетическое лицо, надо иметь крайне плохое зрение, и крайне богатую фантазию.

Фотография дает иллюзию совмещения двух точек зрения или двух взглядов: больной снят как бы строго сверху, а его посетитель - хоть и сверху, но под углом к плоскости постели. Это хорошо заметно, если закрыть одну из половинок фотографии. Такой эффект вызван тоновой однородностью белой простыни, не создающей оптической перспективы.

Спасибо Игорю Житецкому. Его комментарий подвиг и меня снять очки. Увидел я и это уродливое лицо. Но еще сильнее у меня возникло ощущение, что некая рука, вырастающая из кровати умирающего, захватывает и молодого посетителя.
Жду обвинений в крайне плохом зрении и крайне богатой фантазии.

Мне кажется интересным, что два человека на снимке, находящиеся в разных, слишком разных положениях, больной и здоровый, полный жизни и близкий к смерти, визуально уравнены между собой. Как это сделано - уже перечислили. При этом главным приемом все же считаю необычный ракурс съемки. Композиция замкнута. Она не подразумевает вмешательства извне. Очень важным и, кажется, незамеченным вижу перекличку между пологом, из-за которого тянется посетитель и простыней. Эти белые пятна изолируют персонажей. Есть зрительное ощущение, что картинка удаляется или сейчас начнет удаляться. Может быть даже вращаясь - благодаря уже отмеченному положению рук. Хотелось бы избежать философских "далеких" выводов, но трудно удержаться от одного - люди на снимке не так уж отделены друг от друга ситуацией болезни и близости к смерти одного из них. Человек хрупок и слаб.

Что еще показалось странным или необычным;  больной и посетитель не существуют по отдельности. Посетитель вообще представлен только плечами,головой и рукой, у него нет туловища, он не может существовать(фотографически) без больного, это усиливает связь персонажей.

Если мы обсуждаем здесь композицию снимка, то интерес представляет спираль, образованная руками и головами мужчин. Начинаем смотреть с головы умирающего, далее переходим по левой руке к правой и к голове посетителя. Но мне то казалось что вопрос о необычном.

Если пытаться уловить неожиданное в восприятии этого снимка, то, например, можно увидеть что посетитель занимает в кадре центральное место и "выталкивает" больного за поле кадра. Это подкрепляется тем, что тело больного человека явно "уходит" за кадр. Кроме того правая, вертикально расположенная рука посетителя может создать впечатление "разделительной"  или "оградительной" четры и ей тоже можно приписать выталкивающее движение.

Перечитал главу "Обобщенное видение". Пожалуй, все мои коллеги, включая и меня, слишком увлеклись частными моментами. Попытка посмотреть на фотографию "без очков" или программно размыть ее привела меня к ощущению, что особая теплота и человечность этой фотографии действительно рождается на уровне формы, а не сугубо документального содержания. Сначала я стал в тупик, никак не мог сформулировать для себя - в каком направлении работает мое подсознание, что подталкивает всех нас к твердому убеждению, что фотография "теплая", "гуманистичная", светлая по своей сути. Ведь все мы разные и "лицо смерти" - это все сугубо индивидуально, слишком индивидуально в пластическом восприятии. Если превратить эту фотографию в предельно абстрактную тональную схему - мы получим иллюзию, что это не больной пришел навестить друга, а мать склонилась к ребенку. Возможно, я ошибаюсь или фантазирую еще более вольно. Но мне кажется, что именно этот архетипический образ, просвечивающийся сквозь конкретно бытовое содержание, и делает предложенный снимок действительно замечательным.

Может быть здесь работает обратная тональная перспектива. Черный провал логически дальше, а зрительно он выступает вперед. Светло серая рубашка посетителя, тонально стремится соединить две белые массы слева и справа, а черный провал наоборот пытается их разорвать.

Это необыкновенная по силе фотография. Мы воспринимаем одновременно два смысла - и их противоположность столь катастрофична, что это невыносимо для сознания, и поэтому один из смыслов оно отвергает. Однако воздействие этого "запрещенного" смысла так сильно, что мы не можем не ощущать его. В результате возникает странное чувство: тревоги, дискомфорта и подвоха.
Мы с легкостью, повинуясь инерции своего опыта, видим понятную сцену: человек навещает другого в больнице - мы расшифровываем это все по обстановке. Человек болен, возможно умирает (почему-то хочется считать именно так) но все же - это акт поддержки, близости, любви в конечном счете, и в общем должно рождать надежду и веру в то, что все будет хорошо. Но! Почему-то все это неубедительно.
А ведь все дело в том, что мы вместе с описанной сценой видим - одновременно и в тех же фигурах - сцену АБСОЛЮТНО противоположную. Но это так дико, что мы не верим.
Поскольку мужчины окружены белыми простынями, которые воспринимаются как фон, воздух, в которм они висят, получается, что больной не может лежать ПОД простыней - он лежит НА ней. И это означает только одно: голова без тела. Она отрезана, отрублена - человек мертв. Глаза закрыты, что естественно в такой ситуации, и мало что может быть более безнадежным. Но это еще не все. Эту голову держит за волосы другой человек - и перед нами не что иное, как убийство. Ведь так? Что он делает другой рукой не так важно (кстати рука больного очень легко перестает распознаваться при этом прочтении).
И какой же в этом смысл? А такой, что прямо у нас на глазах человек убивает другого, но при этом эта сцена цинично "притворяется" сценой братской любви. И тогда это - предательство. Ведь это не просто разбойник и его случайная жертва. Это люди близкие - один навещает другого в больнице.
Могу только еще добавить, что это архетипичный и очень сильный сюжет - он присутствует во многих эпосах, а в христианской мифологии ему соответствует сюжет про Каина и Авеля.
Я старалась писать только об универсальных реакциях, но могу сказать, что эмоции, возникающие в таких случаях, и возникшие и у меня - это редкий подарок.
Большое спасибо, Александр Иосифович!

Белая простыня слева как бы подталкивает посетителя к больному и подчеркивает близость этих людей, участие посетителя и т.д. Она же оправдывает центральное расположение головы посетителя, в кадре появляется движение...
Однако, на вопрос: "что тут необычного?" ответить не могу...

Есть вариант: именно больной мужчина держит за руку посетителя, а не наоборот, кроме того, он смотрит на него сверху, как бы покровительственно.
Возникает вопрос- кто кого тут утешает?

На мой взгляд неожиданным на этой фотографии является черный разрыв посередине. Весь остальной кадр показывает различные оттенки белого цвета.

Хотел бы согласиться с А.М., что безусловно голова больного очень сильно выделяется на белом фоне. Но все остальное опять же слишком субъективно. Слишком литературно... Черное же пространство между постелью и посетителем действительно выглядет провалом, пропастью. Думаю, это было сознательно сделано при печати и исходя из логики содержания - совершенно ясно зачем. Но это вряд ли странность - это нормальная работа хорошего фотографа, провалить тень, чтобы композиционно подчеркнуть смысл фотографии. Грустно, что по отсутствию комментариев автора сайта приходится, видимо, заключить, что все мы, несмотря на все старания блуждаем далеко от истины. Правда по этому поводу опять же выскажу свои сомнения. Подразумевается, что эта "странность" заложена в форме, а не содержании. Что эта "странность" имеет всеобщий характер. Что она в некоторой степени универсальна. Следовательно, либо все мы, мягко скажем, плоховато видим, либо Александр Иосифович преувеличивает универсальность этой "странности"... Не сочтите за бунт на корабле, но если никто из нас даже ни на йоту не приблизился к разгадке, я готов попросить подсказку и учиться дальше... Ведь мы уже и до убийств добрались, и Каина и Авеля вспомнили. И превратили мужчину в маму (готов иронизировать и над собой), а усатого пациента в дитя...

Центральная фигура снимка – четырехугольник, по середине левой стороны и в правом верхнем углу которого, расположены основные элементы фотографии – головы людей. 2 головы замкнуты строгой геометрической фигурой, попадая в которую глаз начинает своё путешествие от одной из них к другой.

Однако это путешествие становится возможным не только благодаря геометрии фигуры. Как здорово, что левый мужчина перед визитом одел рубашку с коротким рукавом! Стоит только “раскатать” ему рукава, как 2 головы окажутся  оторванными друг от друга. Белые рукава рубашки посетителя сольются с белыми простынями больного – связь нарушится. Удивительность момента – как только руки оказываются на белых простынях – они сразу становятся тонально темнее простыней, глаз без труда скользит по ним!

Но и это ешё не всё. На снимке рубашка посетителя хоть и светлая, но, тем не менее, на ступень темнее белого левого пятна. Попадая на неё, глаз не выпадает из путешествия, ему четко видна граница маршрута.

Неожиданным мне показались  два человека объединеные в одного. Две головы три руки, но это один человек.

После нескольких "приближений", попробую сформулировать свое окончательное виденье снимка. Основа композиции - почти правильный овал, который относительно нарушают только сцепленные руки. Композиция настолько гармонична и замкнута, что нам трудно выделить два смысловых центра, центр один - это головы персонажей и их руки. Они и образуют смысловое единство изображения. Головы персонажей мы видим по-разному, если "посетителя" мы видим почти сверху, то голова "больного" развернута строго в профиль и отчетливо выделяется на подушке. Она почти скульптурно очерчена, напоминая античную камею, усиливая ощущение крайней статичности этого персонажа. Таким образом, автору снимка удается обострить наметившуюся разницу положений, обострить вопреки главному конструктивному овалу разность положений действующих лиц. Определенно важное смысловое значение имеют три черных пятна, это прерванная контроформа, которая практически всеми участниками нашего обсуждения, была осознана, как пропасть, разделяющая персонажей. Так оно и было бы, ести бы эта пропасть не была преодолена волевым усилием "посетителя", его обнадеживающим рукопожатием. Займемся отдельно руками персонажей. Это самая выразительная составляющая снимка. Жест "посетителя", рука, возложенная на голову, является иконическим в европейской культуре. Это главное в снимке. Это жест однозначно положительный, трактуемый в разных ситуациях как религиозный, напутственный, благославляющий. В тоже время этот жест матери, гладящей по голове ребенка, это жест отца, покровительствующего сыну и т.п. Интересная деталь, ремешок часов на левой руке визуально отделяет кисть руки от предплечья. Это не имело бы почти никакого значения, если бы не перекличка этой узкой черной полоски с тремя черными пятнами. Кисть руки действует как бы отдельно, жест приобретает символическую универсальность.  Не менее важно и рукопожатие, которое находится в центре композиции. Кисть руки больного, выглядывающая из-под простыни - слабый ответ тому искреннему порыву. Это единственное, что еще оставляет искру надежды. Снимок интересно решен с точки зрения ракурса. Белый полог слева, его складки углубляют пространство снимка, наполняя его воздухом, заставляют глаз "скатываться" к композиционному центру. В тоже время белый полог уравновешен белой простыней и постелью больного. Теперь о глазах. Взгляда "посетителя" мы не видим, мы только можем предположить, что он смотрит на товарища и предположить как он смотрит. Все эмоции в пластической организации его тела. Наоборот - глаза больного очень выразительны. Взгляд тяжелый, невидящий, отсутствующий. Он устремлен к самому главному композиционному центру - к рукопожатию. Но близко расположенный предмет так разглядеть нельзя. Этот пустой взгляд вызывает чувство безнадежности и отчаянья. Снимок интересен не только сам по себе, хороший снимок. Это великолепная иллюстрация положения о том, что форма художественного произведения это часть содержания. Круглый предмет, лежащий на блюде, действительно может быть и надрезанным арбузом и головой Иоанна, поданой Саломее. Что отделяет бытовое содержание от трагедии? Что отличает изображение, оставляющее равнодушным, от изображения, переворачивающего внутренний мир человека? Я вижу странность как раз в том, что здесь гармония композиции находится в некотором смысле в противоречии с происходящим, приближающейся смертью одного из персонажей... Таков мой ответ на поставленный вопрос.

Про странное: если бы основные линии работы были вертикальными то это была бы обычная композиция типа весы. Странно то ,что автор наклонил ось этих весов. Это все ,что я измученный непосильной мозговой деятельносью могу выжать.

При плоском восприятии-один фигура посетителя сливается с кроватью больного и возможно образует выразительную форму. Может быть, что эта форма похожа на что-то несовместимое со смыслом изображения и волнует наше подсознание независимо от логического смысла.  Но выразительная не значит «похожая на что-либо»,в любом случае именно из-за нее изображение не распадается. Не менее выразительной, на мой взгляд,  является черная полоса-провал. Она делит кадр на две части, нарушая правила компоновки. Я бы назвал это неожиданным, если бы не знал что мастера часто нарушают эти правила. Скорее неожиданно то, что это нарушение не создает напряжение. Есть ощущение, что фотограф строил кадр на основе этой полосы. Она задает равновесие, любая ее трансформация или перемещение делает восприятие снимка не комфортным.

Скорей всего, ответ неправильный, но я все же напишу: черная форма, образованная правой рукой и головой посетителя с одной стороны, а кроватью с другой стороны, очень напоминает чье-то лицо в профиль и расположено так же, как и лицо больного.

Маразм крепчал и я увидел РИТМ!
Слева белое, потом черная полоса, потом белая кровать и черный треугольник в ПВУ.
Получилась восходящая диагональ, на которой собственно мы и видим сюжет.

Если продолжать, то получается, что персонажи изображены на этакой шахматной доске, или "зебре" из черных и белых полос...

Не уверен в своей правоте, но попытаюсь... Черная полоса делит снимок на две части. Она - как пропасть, разделяющая здорового и больного. Здоровый пытается ее преодолеть, не отпуская больного на ТУ сторону, но больной удаляется, уходит...

У меня создается впечатление, что голова больного стремится сдвинуться по диагонали вправо вниз. Вместе с головой движется и лежащая на ней рука посетителя, кольцо из рук стремится замкнуться и разделить мужчин.

Мне кажется, раз Александр Иосифович предложил в качестве подсказки вариант, в котором размытые образы, то речь идет не о смысловом содержании фотографии, а об изобразительном (композиционном?). Значит нужно искать что-то необычно в этом, при этом нужно понимать, что это что-то, что должно быть видно всем. Мои варианты:

1. Как мне кажется существует симметрия снимка относительно диагонали, образованной головами мужчин и черным треугольноком в ПВУ. Рамешок часов и усы лежащего мужчины, руки (почти симметричны), черные провалы пространства перед кроватью. Правда белые области не слишком симметричны. А может быть -- это равновесие, так как белые массивы простыней, черные провалы пространства перед кроватью, руки (одинаковые по размеру) уравновешивают половины фотографии относительно той же диагонали.

2. Совсем сумасшедшая версия, чем-то похоже на версию про череп. Я вижу в фотографии буквы Белая рубашка мужчины слева похожа на букву С. Голова -- О. Руки образуют букву Т. Голова лежащего мужчины -О. Получается СОТО (Кото) - что это может означать не знаю... ))) Ну это вряд ли, слишком сложно и не каждому очевидно.

3. Смысловой и композиционный центры на фотграфии не совпадают. Смысловой центр -- это больной (умирающий). Все вертится вокруг него, -- усе ему сожалеют. Композиционный -- это посетитель. Складки на занавеси справа ведут к нему. Взгляд больного обращен к нему. Получается, что сознание мечется между двумя центрами, не зная какому отдать предпочтение.

4. Можно увидеть в картине отдельную самостоятельную композицию в виде весов, образованных руками посетителя. Правая рука, расположенная вертикально, и ремешок на левой руке образуют ножку весов. Левая рука, -- это плечи весов, на концах которых находятся головы. Головы по тональности и размеру уровновешивают друг друга.

Больше версий пока нет...

Непонятно, как продолжается тело мужчины слева - если он не на коленях стоит, то как? Стоит рядом с кроватью? Хотя кровать не кажется высокой. Фотография кажется одновременно плоской и уходящей вниз.

Сегодня как раз закончил читать Ойгена Херригеля, "Путь Дзен". Мне это задание по стилю преподнесения напоминает коаны, над которыми должны размышлять дзенские послушники на своем пути к дзен. И к ответу на коан простыми размышлениями не прийти, потому что ответ не лежит в области логики или разума, -- тут уже нужно высшее откровение (сатори)... ))

Зачем же посетитель оторвал голову больному? И где же тело последнего? общается-то он только с головой... В прямом и в переносном смыслах

Последний снимок слишком размытый, чтобы разобрать детали, значит дело не в смысловом содержании (голова, руки), а в изобразительном, без привязки к образам. Тут что-то связанное с цветовыми "пятнами", подобиями, симметрией или равновесием, может перспетива какая-то необычная, либо что-то еще.. Но что?!

Ну, Херригеля я тоже прочитал... Думаю, что это очень полезная книга. Причем, неважно чему мы собственно обучаемся, фотографии, садоводству или искусству игры на губной гармошке... Подсказки мне, к сожалению, многого не дали, поскольку я фотографию еще раньше размывал самостоятельно. И сильнее размывал... И слабее... Шедевром фотографию я не называл, сказал только, что фотография хорошая. Так что и здесь мне спорить не о чем... Пишу для того, чтобы заметить - интереса к ходу поисков я не утратил...

Если забыть о смысловой нагрузке предметов, неожиданно важным оказался темный треугольник в правом верхнем углу: если его убрать, вся картина становится менее выразительной и резкой, по-моему.

Кроме этого, нет линий, показывающих перспективу, из-за этого в картине нет обычного трехмерного пространства. Зато ровно в центре руки и плечи человека слева образуют правильный прямоугольник. Он мне кажется своего рода перспективой, ведущей вглубь, или по крайней мере, от краев картины к центру.

А Вам что кажется неожиданным?

Я бы добавил про треугольник справа вверху - он с лихвой компенсирует перекос (нескадрированность) левой белой простыни.

Сначала я неправильно понял что такое обобщенное восприятие, и «включил» вместо него больное воображение. Сейчас, когда я почти понимаю что есть «самый главный дар для фотографа», совершенно точно могу сказать что не обладаю этим даром, и включать  мне нечего. Ответить на вопрос этого урока я не могу. Но зато пока я пытался найти ответ в книге, кое-что понял, в чем-то разобрался , хоть от этого легче не стало и даже наоборот. А в чем-то запутался окончательно. Вообще хочется сказать, что чем больше я понимаю, тем больше понимаю что ничего не понимаю. Спасибо Александр Иосифович дает время подумать, ну очень медленно усваивается материал. Честно говоря, я бы вообще не хотел прочитать правильный ответ раньше чем года через два, три.  Не факт что за это время  нашел бы ответ сам, но книгу выучил бы наизусть и может быть что-нибудь да понял бы.

Очень необычна белая форма, образованная складкой одеяла на кровати, она повторяет форму левой руки "гостя" и вместе с тем связана с его рубашкой. Причём не только тонально, но и "формально" - т.е. она подобна по форме, но повёрнута по часовой стрелке.

По поводу замечания Сергея - это сходство я тоже отметил. Но, к сожалению, это сходство больше очевидно на первоначальном, неразмытом варианте... На последней "подсказке" мне кажется эта хрупкая связь вообще теряется.

Ой, что-то начиталась я тут на ночь... И видится мне такой американский белоголовый орел в профиль, голова больного мужчины- его глаз. А в клюве он держит- ужас-ужас!- голову здорового мужчины.
"И меня вылечат!" :))

Не знаю, тем мы путём идём или нет, но раз уж на то пошло... Голова больного и вправду похожа на глаз, а две чёрные формы, образованные волосами гостя и промежутком между кроватью и его рубашкой объединяются в нечто похожее на замочную скважину.

Если размыть вот так, то получится что-то вроде совсем другого смыслового наполнения - дядя дяде снизу в челюсть бьет... Или, скажем, за нос таскает. "Водит за нос". Как нас Александр Иосифович Лапин.

Возможно, я нездоров, но с самого начала явно вижу на снимке череп, в котором головы образуют глазницы. Снимок очень угнетает, возможно, причина именно в подсознательном восприятии такого скрытого изображения.

Брррр...как-будто у них вообще нет земли под ногами. Смотришь на фото - и под ложечкой такое чувство, словно сам сейчас вниз улетишь, где тело человека.  Я не могу понять. это ощущение меня лично больше всего "высаживает".

Череп ни череп, а на лицо человека и правда похоже. Две головы как глаза, руки-нос и т.д....

То ли орел в клюве держит что - то. Я больше склоняюсь к попугаю, нежели к орлу. Но однозначно различим глаз, который принадлежит птичке с кривым клювом...

Ну, что сказать... всепроникающая такая забота. А какой бы такой придумать жест, который бы вот сразу бы всё и показал?.. всё, что на самом деле происходит сейчас в этой палате. А простой: умирающий мужчина кладет голову на плечо другу, или, что даже точнее, утыкается в это плечо лицом :)

Фотография поделена на две части широкой черной полосой. Получается две белых формы по краям и черная полоса посередине. Мне показалось что эти две белых формы "разъезжаются" т.е. уплывают одна вправо и немного вверх другая влево и вниз, и причина тому - черная полоска, она их расталкивает. Возможно это всего-лишь моя фантазия но мне так показалось.

Но на фотографи нет черной полосы. Есть черные пятна Полоса есть в нашей голове -- мы ее продолжаем, так опыт подсказывает, что фигура "гостя" должна на чем-то стоять, а значит под ней пол, который на фотографии кое-где проглядывает в виде черных пятен. Вот нам и кажется, что полоса непрерывная. а на самом деле не полоса вовсе а набор черных пятен, которые на изображении связаны только тональным подобием.

Тут что-то другое. Что-то, что может увидеть пятилетний ребенок, не отягощенный опытом, который заставляет нас в пятнах сразу угадывать человеческие головы и руки.

Может тут и какая-то страшная голова с выпучеными глазами. Может быть кораблик, если повернуть картинку на левый бок. Может быть дракон, извергающий пламя из пасти. А может быть "мексиканец едущий на велосипеде".

Я пока не знаю что там.

увиделась еще закручивающаяся спираль... от простыней больного, головыы, руки, плечи... заканчивается она в месте соединения двух рук. Может быть, можно принять эту линию за окружность или запятую...
Если чуть закрутиться в сторону тела больного - похоже на вопросительный знак, но это как-то уже слишком :)
знака инь-янь тоже лучше, наверное, не стараться увидеть... :)

Ну если про необычность, то вот тут возникло такое видение: посетитель как-будто "толкает" больного левой рукой вниз, а правая рука посетителя как преграда за которую он пытается "вытолкнуть" больного, который в свою очередь зависший почти уже над пропастью пытается втиснуться обратно за эту "черту". И вообще вся левая часть фотографии, если брать от правой руки посетителя, как будто не пускает обратно больного в свой мир...

А как же фотография Геннадия Бодрова где толпа людей похожа на дерево?